О театре

Близится к завершению театральный сезон 2008/09. В эти весенние дни нижегородские театры выдают свои последние премьеры. Причем борются они за зрителя не на шутку, пытаясь, видимо, наверстать упущенное в предыдущие месяцы затишья. Очередные три премьеры в ТЮЗе, детском театре «Вера» и камерном музыкальном театре прошли под девизом «Одолжим у другого храма искусства артистов и музыкантов, которых нет у нас». Своими впечатлениями от увиденного на нижегородских подмостках делится наш театральный обозреватель.

«Короля Лира» спасали всем оркестром

«Не пора ли, друзья мои, нам замахнуться на Вильяма, понимаете ли, нашего Шекспира?» — подумали в Нижегородском театре юного зрителя и… замахнулись. Да так, что разнесли всего шекспировского «Короля Лира» в пух и прах.

К тюзовским экспериментам Нижний Новгород мало-помалу за три года уже привык и ходит на каждую очередную премьеру с одной установкой: «Ну-с, что на этот раз выкините?»

А на этот раз театр выкинул на сцену постановку «Король Лир» нового главного режиссера Владимира Золотаря, того самого, что в прошлом сезоне выгнал на подмостки нашего ТЮЗа голого актера Манцыгина в роли Шарикова в спектакле «Собачье сердце» по Булгакову.

Без ню не обошлось и в Шекспире. Правда, на этот раз наготу артиста Берегова (граф Глостер) Золотарь прикрыл кабинкой, в которой тот принимал душ.

Вся сцена — стены и даже пол — задрапирована черной кожей (художник-постановщик Олег Головко). Слева на небольшом деревянном помосте втиснулись стол, пара стульев, ширма под плетенку из модного ротанга и три саксаула с райскими яблочками. Справа — пюпитры для нот музыкантов. Вот так все и будет неизменным на протяжении первого действия. Время от времени для разнообразия и для какой-то сокрытой совсем глубоко мысли артисты вносят кувшин, ведро, корыто или торт. Во втором действии декора будет еще меньше: пюпитры для нот, телега, а саксаулы, сбросив райские яблочки на последних аккордах первого действия, на все второе повиснут вниз головой под потолком.

Костюмы века неопределенного, но уж точно не XI (художник по костюмам — Светлана Матвеева). Порой ХХ, порой XXI, а порой и вовсе неопределенной поры. Портфели, подтяжки, розовый игрушечный мишка made in China…

Главная роль короля Лира досталась народному артисту России Леониду Ремневу. Но его игра, увы, вновь удручает. Лир Ремнева, как и его профессор Преображенский в «Собачьем сердце», — это скорее Аль Капоне, а слуги его — не королевская свита, а гангстеры.

Артисты выпаливали на одном дыхании выхолощенный интонационно текст, бесконечно мыли руки и ноги в кувшине, ведре, корыте или душевой кабинке-ширме. Побочный сын графа Глостера Эдмунд отбивал морячковую чечетку-яблочко, дочери короля по очереди карабкались на табурет лишь для того, чтобы ответить на вопросы отца, а шут швырял в сторону зала сырые яйца. Жаль, разбивались, а то б полетели в обратном направлении.

Самое впечатляющее в спектакле — пожалуй, камерный оркестр «Солисты Нижнего Новгорода», который присутствует на сцене от начала и до конца, и, бесспорно, талантливая музыка Ольги Шайдуллиной. Да еще актер театра «Zooпарк» Олег Шапков, которого Золотарь пригласил на роль Шута, — единственный, кому в постановке удалось с Шекспиром не спорить. Если эту компанию убрать, то оставшееся до конца вряд ли досмотришь.

А длится это все 3 часа 45 минут аж до половины одиннадцатого ночи! Гонки, как говорится, на выживание.

«Золушке» наняли балетмейстера

После тюзовского «Короля Лира» даже взрослому хочется чего-то более мягкого. Сходите всей семьей в детский театр «Вера», не ошибетесь. Только что театр подарил нижегородцам свою новую сказку «Золушка». Но на этот раз зритель не увидит известной «Золушки» Евгения Шварца, к которой нас всех приучил фильм 1947 года. Выбор режиссера-постановщика Александра Ряписова пал на сказочную комедию Тамары Габбе.

— Сказка Тамары Габбе — это хорошая драматургия, поскольку написала она ее специально для театра, — пояснил «НР» свой выбор Александр Ряписов. — К тому же в нашем театре сказка Шварца, недавно исчезнувшая из репертуара, шла много лет. Но детскому театру без «Золушки» никак нельзя. И мы ее возродили, но другую.

В театре «Вера» знают, что нужно детям: побольше волшебства, смеха и движения. Чем глубже в сказку, тем больше волшебства. Удочка влюбленного принца расцветет розами, а кресло феи будет кататься по сцене по своему собственному маршруту.

И взрослые, и дети держатся за животики, когда глупые и напыщенные сестрицы Золушки Гортензия (Юлия Залетина) и Жавотта (Татьяна Кириллова) дерут друг другу волосы. Вместе со зрителем Татьяна Кириллова, похоже, и сама ловит кайф от ужасного пения своей Жавотты на кастинге невест для принца. А мачеха у Натальи Лемешевской получилась просто уморительной и вовсе не такой кровожадной. Нельзя не отметить и игру Александры Трушкиной, которой досталось сразу несколько ролей — кота-кучера, кресла и двух мышек, причем кукольных.

Возможно, на первых спектаклях не совсем уверенно чувствовала себя исполнительница главной роли Анна Королькова. Привычный нам образ мягкой, хрупкой Золушки режиссером сломан. Новая Золушка получилась простоватой. Но не будем строги к молодой актрисе, которая в театре работает всего второй сезон. По мнению режиссера-постановщика, со временем роль отточится.

Кстати, сказка «Золушка» стала в некотором роде премьерой и для балетмейстера-постановщика Нижегородского театра оперы и балета имени А. Пушкина, заслуженного артиста России Леонида Сычева. Ему впервые довелось поработать для спектакля именно детского театра.

— Конечно, я понимал, что у актеров «Веры» нет таких танцевальных возможностей, как у профессиональных артистов балета. Но мы сразу нашли общий язык, — поделился с «НР» ощущениями от работы балетмейстер-постановщик.

Выбить из труппы детского театра растяжку было не единственной проблемой, которую Леониду Сычеву пришлось решить. Мало того что поставить ему требовалось исторические танцы (менуэт и гавот), соблюдя все нюансы эпохи и вписавшись в уже написанную к премьере великолепную музыку композитора театра Владимира Зырянова, так еще и танцы-то обязательно должны были быть сказочными. Ведь дело, как мы помним, происходит на настоящем сказочном балу!

«Кармен» поддержали филармония и оперный

Хорошая новость для поклонников Нижегородского камерного музыкального театра имени Владимира Степанова. В его репертуар вернулась постановка «Кармен». Как-то так исторически сложилось, что мир разделился надвое: тех, кто зачитывается новеллой «Кармен» Проспера Мериме и категорически не преемлет одноименную оперу Жоржа Бизе, и тех, кто упивается музыкой французского композитора и пронизанными эмоциями партиями, не разделяя «занудство» французского писателя. Так вот камерный пошел на компромисс и попытался своей постановкой примирить и тех, и других.

Впервые спектакль «Кармен» в Нижегородском камерном был поставлен еще в 1996 году основателем и художественным руководителем театра Владимиром Степановым. И шла она на французском языке. Но примерно в 2004 году спектакль ушел из репертуара, поскольку артистов камерного постоянно ангажировали столичные театры. Но постепенно в театре вновь появились и творческие, и вокальные силы. И камерный решился на возрождение «Кармен».

Постановка 2009 года принадлежит руке заслуженного артиста России, художественного руководителя театра Сергею Миндрину. Кстати, именно он исполняет в ней партию Хосе, впервые после окончания консерватории.

Партию Кармен исполняет самая первая исполнительница этой роли — вдова Владимира Степанова Марина Степанова. В тореадора Эскамильо перевоплотился солист театра оперы и балета имени А. Пушкина Владимир Боровиков, а в Микаэлу — солистка Нижегородской филармонии имени М. Ростроповича Марина Бойчевская. В этом году она, достаточно интересная вокалистка, активно сотрудничает с театром имени Степанова.

Итак, Сергей Миндрин оставил в своей постановке костюмы, декорации, сценографию 90-х в целом. Скажем сразу, оформление на сцене не буйствует. Для этого у камерного есть веские причины: и сцена мала, и финансы не столичного масштаба. С другой стороны, театр имени Степанова никогда не гонялся за дешевыми эпатажными эффектами. Работает он на вдумчивого, подготовленного зрителя, который оценит интеллектуальный вокал артистов, а декорации дорисует в своем воображении.