О театре

На каком-то совещании или встрече знакомый актер, придя заранее, подкарауливал нужных людей, отводил в сторону и в чем-то ответственно убеждал. Мне он объяснил, что «пробивает себе звание». Время уходит, и пора побеспокоиться о новом отличии или награде. 
В ДРУГОМ театре не так давно в директорском кабинете, а может, затем и в кабинете повыше, появились возмущенные ходоки. Оказывается, не тому из коллег, по их мнению, присвоено лауреатство премии им. Н. И. Собольщикова-Самарина. 
И не надо гневно восклицать: «О времена, о нравы!..» Не сказать бы про всю Одессу, она, как известно, очень велика, но в художественной, артистической среде подобное извечно и, как ни прискорбно, неубывно. 
Прошедшей зимой хоронили актера театра драмы Е. Я. Новикова. Он уже годы был на пенсии, а перед этим не одно десятилетие отслужил в труппе Горьковского-Нижегородского театра драмы. Именно отслужил — верой и правдой, потому что был всегда надежен как партнер по сцене, как коллега, товарищ. Может, актерский диапазон его был не так широк, но там, где случались попадания, он был убедителен и запоминался сразу же. Наверное, и он мог заранее побеспокоиться о наградном списке, да только никогда-никогда этого не делал. Провожая актера в последний путь, кто-то из хорошо знавших его коллег заметил: «Женя никого ни о чем не просил: ни о ролях, ни о прибавках к жалованью, ни о чем...» 
Недавно, читая воспоминания о Г. А. Товстоногове, наткнулся на такой почти веселый эпизод. О нем без тени обиды поведал актер Георгий Штиль. 
«Я у Товстоногова никогда ничего не просил, — пишет актер, — не захаживал к нему в кабинет. Однажды, правда, он пообещал мне похлопотать о квартире — знал, что живу в коммуналке (тридцать шесть лет так в ней и прожил), но, наверное, забыл о своем намерении, а я не стал напоминать». 
Ну, скажете вы, Товстоногов, БДТ — когда все это было, сейчас иные времена. По календарю — да, а по сути неискоренимых артистических привычек? Заканчивая свой юбилейный вечер, любезно продемонстрированный телеканалом «Культура», Анатолий Смелянский, почему-то не без явной грусти, заметил: «Сейчас на юбилеях получаешь то, о чем просишь… Я же ни о чем не просил…» 
Вот такая наша жизнь. «Один плачет, другой скачет» — как говаривала моя любимая бабушка. Если быть честным до конца, здесь совсем другой водораздел, который не принято осуждать в наши дни. Мол, кто умный и сильный, тот в элите, наградах и цветах, а неудачникам разрешается и поплакать. 
Но из последних не все на это соглашаются, потому что человеческая надежность и скромность, умение любить театр не только эгоистически, через себя, а просто восторженно и благоговейно, как можем мы любоваться цветущим садом или летним заходящим солнцем, умение распорядиться тем мастерством, которое Бог послал, как подарком судьбы — честное слово, это тоже чего-то стоит. 
В театре «Вера» отмечали 50-летний юбилей артиста Андрея Логинова. По-моему, он в этом коллективе с детства и без него театр явно не полный. Я даже не о всяческих участиях Андрея в создании спектаклей, формировании жизни труппы. 
Актерские краски, которые он привносит в сценические работы театра, неповторимы. Сколько я перевидывал в своей зрительской жизни Петров Трофимовых из «Вишневых садов» — ну если не взвод, то воинское отделение точно. А характер, сыгранный Логиновым, запомнился едва ли не больше всего. Была в его Пете такая светлость, душевная незамутненность, что не забывается. 
А смешной, хотя и постоянно серьезный его герой в вечно живущей в наших театрах комедии «Лгунья»? Здесь правдивость существования так причудливо оттеняется гротескностью, что это, конечно же, высокий класс игры. 
Во всем, что бы ни играл А. Логинов, а это еще и миллион сказочных персонажей — короли, слуги, принцы, есть те располагающие внутренняя честность и доброта, которые, наверное, если есть в человеке, то просто есть. Они передаются в зрительный зал подсознательно, вне законов какой бы то ни было театральной системы. И даже, я думаю, вне энергии сценического настроения артиста (в последнем А. Логинову часто можно было бы прибавить, усилить). Но вообще-то Андрей Логинов — любимец зрителей, хотя, по-моему, никто не замечал, чтобы он просил о чем-то для себя, своей актерской карьеры. 
Я не знаю, как там чествовали после спектакля «Лгунья» юбиляра Андрея Логинова. Отдельно приглашен не был, но если бы мне довелось говорить поздравительные слова или даже тост, то, возможно, я бы вспомнил песенку из своих детских лет, из веселого радиоспектакля: «Трусов родила наша планета, но все же ей выпала честь: есть мушкетеры, есть!» 
А может быть, я процитировал бы своего любимого Немировича: «И любовь у нас к одному — Театру! Мы не переставали, хотя и по-разному в проявлениях, но одинаково по существу, любить в нем все — его воздух, его запах, его ночную жизнь, его одуряющие радости, его поэтическую оторванность от действительности — всю эту чудесную и прекрасную атмосферу, которая не перестанет волновать нас до самой смерти и без которой мы и не можем представить себе нашего существования». 
Есть, есть люди в нашем театре, достойные этих слов. 

Рапорт подготовил Сергей ЛАМПАДКИН.