Для слабовидящих

О театре

Пресса

Притяжение любви

Галя Гейзер, "Страстной бульвар, 10" № 5-145/2012

Признаюсь, давно мне не доводилось испытывать такого сильного и странного впечатления, как на спектакле по пьесе Сергея Козлова «По зеленым холмам океана», поставленного Нижегородским детским театром «Вера». Понравилось?- Несомненно! Удивлена? - Безмерно! 
Спектакль о том, как волк подружился с зайцем... а остается впечатление смеси Экзюпери и «Сталкера». Дети счастливы, подростки просто в восторге, а взрослые уходят, загруженные мыслью и растроганные чувством. Сегодня на детском спектакле получить букет из мыслей и чувств случается нечасто, как правило, только зрелища... А тут и зрелищно, и умно. 
Начнем, конечно, со зрелища - с декораций. Ни одного подтверждения ожиданий: ни ярких красок, ни теплых детских умильностей. Все строго: обломки самолета, то там, то здесь разбросанные по сцене, веревки, то ли купола, то ли бутоны тропических иссохших цветов. Но вот зажигается свет, и волшебство звука и света ткут на этом жестком остове сказку... Про странный Лес, Волка, мечтающего о дальних плаваньях по лесам-океанам, трусливого доброго Зайца и шайку лесных разбойников: Филина, Ворону и Лисицу... Конечно, кто хоть немного знает стиль Сергея Козлова, сразу поймет, что автор, написавший «Ежика в тумане» и «Большую черепаху», не может придумать просто сказку. Это притча. А талантливый режиссер Александр Ряписов очень чутко и своеобразно ее прочел. После премьеры даже не подхожу, а сразу бросаюсь к режиссеру: расскажите как? что? почему? 
Александр Ряписов: «Вера Александровна Горшкова, главный режиссер театра, попросила меня найти сказку для детей от 9 до 12 лет. Я то одно принесу ей, то другое - все не то! А потом вдруг вспомнил про Козлова, я сам играл в этой сказке Волка в городе Первоуральске в 1993 году, 18 лет назад. Сказка исключительная! Вера Александровна прочитала: давай! С этого и началось. Главное что? Чтоб мамам и папам тоже интересно было смотреть, мы же все равно театр делаем, а не детский сад». 
Разговор подхватывает Андрей Михайлов - сценограф: «Мне как художнику было легко - режиссер сказал, я услышал и сделал, как он хотел. Ведь режиссер в спектакле - это всё! А пьеса хорошая, вменяемая. Мы только расставили свои акценты. Потому и тема Экзюпери с его пронзительной любовью к людям в любых условиях жизни, потому и тема России и Евангелия. Мы так для себя решили: мы не играем в лес и зверей. Мы говорим аллегориями. Тема: Земля после катастрофы, корабль - дом. И способ выживания после вселенской катастрофы один - любовь. Сейчас ведь в культуре очередной кризис. Современное искусство пытается создать очередную новую форму, забывая, что форма неотделима от содержания, а любое содержание включает в себя притяжение любви. Вот об этом, собственно говоря, и пьеса... Мир после апокалипсиса, и в совершенно невозможной ситуации люди остаются людьми. А как это показать на сцене? Да еще и в детской сказке? Мы должны играть на поле ребенка, а он насмотрелся всего: и в компьютере, и в кино! Дети видели Голливуд, Диснея, потому плюшевые грибочки здесь не прокатят... А за четыре недели что-то сделать - это сродни чуду! Особенно когда нет ни больших денег, ни большой сцены, ни большого времени! Я хотел японское аниме создать, набрать контрастов и цвета, сотворить на сцене 7-Д, выдавать зрителям зонтики и обливать их водой, создать эффекты как в цирке Дю Солей... Но художник в театре, к несчастью или к счастью, выполняет волю режиссера. Я бы сам сделал все очень красиво, но актерам играть было бы совершенно не-воз-мож-но!» 
В разговор включился пробегающий мимо актер Алексей Тулупов: «Этот спектакль для меня как «Остров погибших кораблей» - о мечте, которую не убьешь никакими катаклизмами! И вообще, как это всегда бывает у Андрея Михайлова, это атмосферный спектакль! Хотя и музыкальный ряд хорош - но это простраивал уже сам режиссер - Саша Ряписов». 
А как же выстраивались характеры героев? Подхожу к актерам. Андрей продолжает комментировать: «Волк, быть может, сам офицер ВВС, он у нас бывалый, много чего повидавший, профессиональный военный. Оттого так жизнь ценит и дружбу бережет. А вот шайка эта: Ворона, Филин и Лиса - мерзавцы-падальщики, убийцы. Они не профессионалы: ни кодекса чести, ни понятий... оттого и боятся Волка». 
К нам подлетает актриса Елена Лопухинская (Ворона), белые волосы, как крылья, в разные стороны - такая вот антиангельская ворона: «Если бы вы только знали, как интересно играть хулиганов! Словно бы в свою юность погружаешься. Я до сих пор внутри себя такой вот неформал-хулиган-провокатор. Выросла в рок-клубе, общалась с «Алисой», с панками и художниками, с первыми рок-группами на Урале... Оттого и было чем образ насыщать». 
И только на следующий день я узнала, что Лена играла, лазила по канату, прыгала, бегала по сцене с нестерпимой болью в ноге... А ведь тогда, на сцене, ничего этого было не видать, вот что значит профессиональный азарт и творческая ответственность! 
Рядом с Леной стоит и тихо улыбается актер Алексей Степанушкин (Филин): «А у меня все по-другому строилось. Я сам тихий, рос пай-мальчиком, поэтому здесь на роли отыгрался на полную катушку, играл так, как не случилось в жизни, хоть на сцене оторвался. А вообще-то мне редко достаются отрицательные роли, жаль....» 
Актер Дмитрий Суханов - Заяц: «Шел по видению режиссера. Работали мы плотно всего месяц, хотя задумали спектакль сразу после отпуска. И я жил своим Зайцем все это время - с августа по ноябрь. И когда Д'Артаньяна репетировал - тоже думал о Зайце. На роль это, конечно, не повлияло, ведь каждая роль - это чистый лист, и для зрителя не должно оставаться следа прошлых ролей, каждый раз по-живому. Но раздумья, куда же от них деться?» 
Высматриваю актера, сыгравшего главную роль - Волка, Константина Еремеева. 
- Костя, я слышала от режиссера, что вы впервые выступили в таком амплуа... 
- О, да! Я - экстраверт, горячий герой-любовник, крушу все, люблю всех, а тут такая нежность, такая чистота, такая задушевность. Никогда этого не случалось со мной, а тут вдруг - такая роль! Она сама меня удивила. Работа над ней - процесс, который шлет внутреннее послание осмысления и очищения. Я Саше Ряписову, режиссеру, который рискнул дать мне эту роль, очень благодарен. 
Стихли шаги зрителей, опустел зал, я захожу на пустую сцену и вкушаю тишину. Хороший спектакль родился в этот 21-й постюбилейный год театра. Быть может, и сам театр со знаковым именем «Вера» - тот корабль, который движется сквозь море осени к своей мечте. И несет он всех своих зрителей, и всех актеров, и авторов, питая надеждой и покрывая своей любовью... 

Страстной бульвар, 10